— Должно быть, вы дурной партнер, если дама от вас устает.

— Она устала не от меня, — спокойно проговорил спутник дамы. — Просто у нее был тяжелый день.

— Желаю вам, чтобы это было вашим последним огорчением.

Казалось, отказ не сильно взволновал его. Но все, кто сколько-нибудь знали Грифа, сказали бы, что он просто взбешен.

Отказ вызвал неадекватную реакцию. Гриф готов был убить спутника понравившейся ему дамы, этого крупного, восточного типа чуть лысоватого мужчину в дорогом смокинге с изящной бутоньеркой какого-то ордена.

— Кто это? — спросил Гриф одного из сопровождавших его спутников. Он никогда не появлялся в свете с женой или любовницей, всегда с двумя-тремя референтами и двумя охранниками.

— Не знаю, — растерянно ответил референт.

— Так узнайте!

Через минуту он знал имя человека, по его мнению, столь бестактно обошедшегося с ним.

— Это Михаил Арутюнович Амбарцумов, долларовый миллионер, предприниматель и меценат.

В конце концов, дама действительно могла быть больна — успокаивал он себя, пробуя дорогие коньяки, которые ему подносил референт в пузатых бокалах, небрежно закусывая ломтиком отварной осетрины, кусочком лимона, тарталеткой с икрой.

Но когда он увидел, как Михаил Амбарцумов со своей дамой отплясывает что-то наподобие канкана под разгулявшийся оркестр, он почувствовал, как желчь разливается по всему телу: закололо в правом боку, потом сильная резь ощутилась "под ложечкой", и в довершение всего во рту появился свинцовый привкус отрыжки.

— Тьфу, гадость какая…

И непонятно было, имеет сие высказывание прямое отношение к происходящему в зале, или к съеденной острой и копченой пище, которую ему есть не рекомендовали врачи и которая мстила ему теперь гадостным привкусом во рту.

Первая мысль была быстрой, но плохо продуманной:

"Я его разорю!"

Он это сказал себе, и тут же понял, что не сделает этого. Потому что для разорения долларового миллионера законным путем нужно слишком много времени, а Гриф был нетерпелив.