— Вычислил я его.

— Значит, мы с тобой были правы: после гибели батоно Ираклия в Пресненских банях все деловые стали ставить своих людей в домах напротив предполагаемых «выходов». Где он?

— В шестиэтажном доме рядом с усадьбой Амбарцумова, на чердаке. Я по оптике засек с той стороны набережной. Сейчас уже подхожу к дому.

— Он смог бы засечь нашего бойца?

— Наверняка, тут же все профи. За пару секунд до выстрела нельзя спрятаться. Он бы мог успеть, теперь не успеет.

— Не говори «гоп»… Доложишь, когда выйдешь на место. Но после акции.

— Понял, понял.

Князь свернул направо и не спеша, проверяя, нет ли «хвоста», проехал по тихому переулочку. Кажется, все спокойно. Но для контроля, выйдя на магистраль, спросил ведущего его напарника:

— Саня, за мной «хвоста» ни разу за всю дорогу не видел?

— Чисто, Князь.

— Ну, спасибо, веди дальше, но расстояние строго держи. Никому в голову не должно прийти, что ты меня ведешь.

— Не первый год в армии, Князь.

— На набережной подстрахуй, держи машину в десяти метрах от моей вдруг моя не заведется…

— У вас всегда все заводится.

— Дай-то Бог.

Он поставил машину на набережной так, чтобы ему хватило нескольких секунд добежать до нее, вскочить на водительское место, повернуть ключ зажигания и, резко взяв с места, свернуть на шумную улицу с двусторонним движением и вписаться в поток. Машин в это время было уже мало. Час пик кончился. Напарник сделает небольшую пробку у него на хвосте, так что затеряться в потоке не составит труда. Опять же, машины преследования будут выведены из строя.

— По твоему направлению все в порядке? — спросил он, набрав номер мобильного еще одного своего бойца, который уже должен был заканчивать свои «процедуры» на набережной возле особняка Амбарцумова.

— Да. Все машины выведены из строя. Ни охрана, ни водители ничего не заметили. Заметят, лишь когда попытаются тронуться с места.